• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: предполагалось смешное (список заголовков)
11:27 

* * *

На двадцатый свой день рождения
молодой человек
получает в подарок гудение в голове,
упаковку тяжелых мыслей
и нервный срыв
в аккуратном конвертике от сестры.

Мать умилённо вздыхает: первый невроз,
сынок-то у нас подрос.
"Усы бы смотрелись лучше" -- отец острит,
отцу подарили артрит
на юбилей друзья в позапрошлом году,
с тех пор он живёт в аду,
с гордостью носит подарок:
вечно от боли хмур.
Работает на дому,
сто метров пройдёт куда-то -- полчаса посидит.

Страх купили в кредит:
нужная вещь, у соседей такой много лет уже,
едва помещается в гараже
(достался им, кстати, от предков в сорок втором:
поношенное добро).

Возвращаемся к имениннику.
Тот ликует: полный комплект
настоящего взрослого: газовый пистолет,
три неудачных романа, стопка скидочных карт,
уверенная манера, взятая напрокат,
красный бланк в драгоценных минусах
(в этот раз повезло),
в смс-архиве дюжина важных слов,
а теперь и невроз.
Завидуя сам себе,
именинник идёт к терапевту.
В среду, в обед.

Семейство копит на смерть,
откладывают с зарплат,
не ездят к тёплому морю, не едят шоколад.
Всё на общее дело, по копеечке, день за днём:
ничего -- соберём, и тогда-то уж
отдохнём.

@темы: нет в книге, предполагалось смешное, эксперименты

20:28 

31.12.13.

На станции Трупная
(переход на Цепной бульвар)
продают открытки в конвертах:
там уже набиты слова,
поздравление деда Мороза:
счастливого Нового года
и Рождества!
Мол, веди себя тихо, проказник,
и деда не забывай.
Вас тошнит от слова "проказник"?
Меня -- всегда. Прямо вот едва
прочитаю -- бегу блевать.

На станции Трудная
(переход на Цейтнот-бульвар)
я стою, дожидаюсь поезда, голова
тяжела и болит --
в ней умище великоват,
непрерывно давит и жмёт.
Я смотрю на эти открытки
и думаю:
нет.

Поздравления -- как-то фальшиво,
пусть будут повестки в суд.

Скажем,
ранним утром первого января
их находит под ёлками
мрачная детвора.
Каждый,
каждый,
каждый ребёнок моей страны
получает такую -- в этом они равны.
Яркий праздничный бланк:
блёстки, ёлочка, завитки,
надлежит явиться,
печать,
дата вписана от руки.

И они идут,
мнутся сонно в очередях,
ждут, пока позовут, не ёрзают, не галдят.

Дальше светит в лицо гирляндой
следователь Декабрь.
Как ты вёл себя, крошка?
Не ври, не расстраивай старика.
Кем работает брат? Где мама была
шестого числа?
Вспоминай, на-ка вот для памяти
шоколад.

Дальше сотни судов, без огласки,
без суеты.
Всем известен судья Мороз --
ледяные глаза пусты,
не жалеет даже сирот, этим и знаменит.
Молоток стучит и стучит,
колокольчик звенит.

Осуждённых подержат в холодной
несколько дней
и отправят на север
строить дом из белых камней,
шить костюмы штатным Снегуркам,
чинить полозья саней.

Остальных кормят тем оливье,
что остался в тазу на дне,
и развозят на черной волге,
запряженной тройкой коней.
Деревянных синих коней.

Я стою на станции Трубная
(да-да, всё ещё на ней).

Продавец блестящих повесток
входит в вагон со мной
и кошмарным поставленным голосом,
прохаживаясь не спеша,
завывает:
купите открытку,
порадуйте малыша!
Сегодня у вас последний,
последний,
последний
шанс.

@темы: война внутри нас, нет в книге, предполагалось смешное, эксперименты

09:48 

РАЗГОВОРНИК

Извините меня,
добрый день, этот столик занят?
У реки
сквозняки,
вам полезно тепло одеться.
Мой отец и мой брат ежедневно
живут в Казани.
Я там тоже брожу, от начала к финалу
детства.
Здесь красиво.
У нас в России тоже красиво.
Здесь чудесное лето.
И у нас чудесное лето.
Я прекрасно, спасибо.
Приятно, что вы спросили.
Я? Ну как вам сказать,
подбираю рифмы по цвету.
Подгораю у монитора и грею кресло.
Отравившись, в степи башку подставляю ветру.
Подрезаю чрезмерно длинное, чтобы влезло.
Подгрызаю огромное в месяц по миллиметру.
Я в порядке, вам тоже скучных,
приятных буден.
Здесь горячее лето,
а у нас холодное лето.
О, спасибо, но мне нельзя,
у меня там люди —
в книжном гетто
и в театральном гетто.

@темы: эксперименты, предполагалось смешное, нет в книге, война внутри нас

12:18 

* * *

В пастеризованном
двадцать втором столетии
оружие делают с защитой от детей, как пилюли.
Чтобы, значит, не погибали дети,
когда в душистом мирном июле,
свежайшем мирном апреле или там октябре
пытаются разобрать снаряд, дремавший на пустыре.

Я рою, в грязи по локоть,
ругаюсь на холод сучий.
Я лучший сапёр в стране,
хотя мне почти тридцать пять.
Меня всегда вызывают, если тяжелый случай.
Я лихо вскрываю мину, она начинает бренчать
короткий отрывок из смутно знакомого вальса.
Я снова не подорвался.
А взрослый бы подорвался.

Жмут ладони,
киваю, но чую -- сорванцы внутри нарезвились.
Что-то сместилось, пора убираться из авангарда.
Завтра я встречу тебя,
моя радость, моя уязвимость.
И после меня распознает даже петарда,
брошенная под ноги детьми,
играющими во дворе
в солнечном мирном мае
или там декабре.

2 августа 2015

@темы: предполагалось смешное, персонажи, нет в книге, дети, война внутри нас

У порога на выброс

главная